Они сближались, неотрывно глядя друг на друга.

— Ты че? — процедил сквозь зубы Хмырь.

Евсей задумался над непонятным словом.

— Ты че? — повторил он раздраженно.

— Ой, Евсей, давай уходи, — подлетел к нему Саша. Потом добавил шепотом: — Это Хмырь. Он из десятого! Уходи скорей!

— Еще чего! — засмеялся Евсей. — Да чтоб я какого-то десятиклашку испугался!

Хмырь опешил и изумленно поглядел по сторонам, призывая всех в свидетели.

— Да я тебе! — и он со всей силы влепил Евсею затрещину. — В другой раз не будешь перед десятиклассником истуканом стоять, будешь дорожку уступать.

— Пятиклассник перед десятиклашкой! — Евсей затряс головой. — Получай! — Он подпрыгнул и завис в воздухе напротив лба противника. Зависнув, словно вертолет, он отпустил Хмырю свой щелчок в ответ. И плавно опустился на пол.

Хмырь взвыл от позора и обиды.

— Ну, ты сейчас получишь! Я тебе сейчас задам. Смотри, как это

делается. Он занес руку, чтобы ударить по-настоящему, предвкушая, как сейчас он разделается с этой малявкой. Но маленький мальчик что-то пробормотал себе под нос, нисколечко не пытаясь защищаться. И тут произошло нечто удивительное.

Хмырь, как ни старался, не мог опустить руку вниз.

И тут он закричал:

— Что со мной? Только хотел этого шкета проучить! Да что такое?! Мне теперь всю жизнь с поднятой рукой ходить?

Хмырь продолжал дергаться, но рука все равно не опускалась, а торчала в воздухе, как будто он держался за невидимый поручень.

— Ах ты, малый! Это точно твои проделки. Да я тебя сейчас другой рукой… Ой, не смотри на меня так, я тебя почему-то боюсь…

Взглянув в глаза Евсею, он почувствовал безотчетный страх, развернулся и побежал прочь, разгоняя всех своим воем и торчащей, словно мачта корабля, рукой.